— Что это за тип — Руди Мосс? — обратился между тем с вопросом к американцам Дункан. — Вы помните, с каким видом он на меня посмотрел, когда я предложил ему выпить? Можно подумать, я заявил ему, что у него сестра — лесбиянка.

— Жопа — вот он кто, — сказал Алекс. — Такие типы на любых курсах по усовершенствованию встречаются. Но этот — дерьмо то ещё. Держись от него подальше.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил Дункан.

— Мы с ним и ему подобными полгода проработали, — объяснил Алекс. — Есть такие засранцы, которые полагают, что если лизать начальству задницу, то оно обеспечит им в будущем уютное местечко. Но они не просто лижут — они соревнуются в том, кто сделает это лучше. Наш Руди — крупный специалист по этой части.

Дункан поморщился.

— Ничего не поделаешь. У нас в банке чрезвычайно развит дух соревновательности, — вступил в разговор Эрик. — Считается, что здесь мы все должны конкурировать между собой и топтать друг друга, чтобы обеспечить себе более высокий балл и лучшее трудоустройство после окончания курсов. Так вот, парни вроде Руди Мосса воспринимают это вполне серьёзно.

— Но вы-то, надеюсь, нет? — сказал Крис.

— Я по характеру человек команды. Предпочитаю работать со своими партнёрами заодно, а не подсиживать их.

— Что в таком случае ты делаешь в «Блумфилд Вайсе»? — спросил Йен.

Эрик улыбнулся и пожал плечами:

— Калхаун прав. «Блумфилд Вайс» — лучший инвестиционный банк на Уолл-стрит, а я хочу быть с лучшими. Другое дело — курсы. У меня к ним особенное отношение.

Все с торжественным видом кивнули в знак того, что принимают точку зрения Эрика. Один Алекс расхохотался:

— Знаем мы это твоё отношение! Оно означает возвращаться в три часа ночи в стельку пьяным, а потом валяться до полудня в постели.

— Мне нравится такой подход к жизни! — с энтузиазмом воскликнула Ленка.