− Кто?

− Люди.

− Люди не все плохие, − заявила девчонка. Айриль хмыкнула. − Не веришь?

− Если бы не верила, нашла бы автомат и стреляла всех подряд, − буркнула Айриль. − Ты не назвала себя.

− Извини. Меня зовут Малика.

− Малика, идем играть! − крикнул кто-то.

− Не видишь, я с человеком разговариваю?! − крикнула девчонка.

− Ну так зови ее с собой!

− У нее горе, а ты говоришь играть! Оставь нас!

Парень, немного приблизившись пошел назад, буркнув что-то про себя.

− С чего ты взяла, что у меня горе? − спросила Айриль.

− Сюда никто не попадает со счастья, − ответила Малика. − Твои родители, наверно, погибли?

− Да. Но это было давно.

− Давно? Как давно?

− Отец − полгода назад, а мать умерла в тот год, когда я родилась.

− И ты жила с отцом?

− Нет. − Айриль не стала больше ничего говорить о родственниках. − Меня перевели сюда из другого детдома, − добавила она и пошла прочь.

Малика догнала ее, но не стала ничего спрашивать.

− Мои родители погибли четыре года назад, − сказала она. − Ехали на машине, и в них врезался грузовик. Я тогда в школе была, пришла домой, а там никого нет, я и не поняла сразу. А вечером полиция пришла...

Айриль не отвечала. Она молча двигалась вдоль дорожки и остановилась у пруда.

− Ты не хочешь ни с кем дружить? − спросила Малика.

− Ты сама меня бросишь, − буркнула Айриль.

− Почему это? Ты совершила что-то плохое?

− Я не совершала ничего плохого.

− Тогда, почему ты думаешь, что я перестану с тобой дружить?

− Потому что так сделали все в другом детдоме.

− И почему они это сделали?